Category: энергетика

В Нидерландах кончился газ. Германия переключается на российский?

Полный вариант этой статьи со всеми ссылками опубликован здесь.

Германия является крупнейшим потребителем природного газ в ЕС. Потребление страны более чем на 90% обеспечивается импортом «голубого топлива» из России, Норвегии и Голландии. Вот так выглядит структура происхождения природного газа на немецком рынке (не все владеют немецким, поэтому прошу обратить внимание на нижнюю часть таблицы, где указаны процентные доли. Нидерланды выделены цветом, Россия смешным образом вынесена в «прочие», а в примечании названа её доля в 2015 г – 39% немецкого импорта):



В структуре немецкого потребления первичной энергии природный газ занимает 22,6% и делит второе-третье место с углем после нефти (на нижеприведенном графике каменный и бурый уголь приведены отдельно).



При этом в производстве электроэнергии доля природного газа Collapse )

BP Energy Outlook 2017: «стабильные перемены»

Нефтегазовый гигант BP выпустил очередной Прогноз развития мировой энергетики (BP Energy Outlook 2017).

Документ интересен и сам по себе, но еще интереснее «в динамике», то есть в сравнении с «предсказаниями» прежних лет.

ВР прогнозирует, что средний темп роста выбросов от использования энергии до 2035 г составит 0,6% в год. Это существенно ниже показателя двух последних десятилетий (2,1% в год). А в сравнении с прошлогодним документом BP значительно снизил прогноз роста выбросов (в Outlook 2016 предсказывался их среднегодовой рост в 0,9% в год).

Если посмотреть еще глубже в прошлое, обнаружится, что BP с 2011 стабильно, ежегодно снижает прогнозы роста выбросов, спустившись с годового темпа в 1,2% до нынешних 0,6%.

Если эти прогнозы компании подтвердятся, развитие мировой экономики будет сопровождаться самым низким темпом роста выбросов за всю историю исследований BP, которая началась в 1965 году. А может в последующие годы мы увидим дальнейшее снижение прогнозных значений эмиссии парниковых газов?

Тем не менее даже с пересмотренным прогнозом выбросы вырастут к 2035 г на 13%, далеко отодвинув мир от достижения климатических целей Парижского соглашения. Для его выполнения выбросы должны упасть примерно на 30 процентов к 2035 году, отмечает BP, что «указывает на необходимость дальнейших политических действий».

За прошедший год прогноз развития электротранспорта от BP был пересмотрен на 30 млн. единиц. В сторону увеличения. Компания предсказывает стократный прирост парка электромобилей к 2035 г до 100 млн. штук (это, впрочем, составит всего 6% мирового парка). Outlook 2016 «видел» к этому же сроку всего 70 млн. электрических машин.

В то же время BP считает, Collapse )

Ветроэнергетика. Развитие в 2015 и прогнозы

В 2014 г. ветроэнергетика стала ведущим сектором мировой энергетики с рекордным годовым приростом мощности, составившим более 50 ГВт. Данные текущего года, а также накопленная статистика позволяют прогнозировать, что этот рекорд будет побит. Глобальный совет по ветроэнергетике (Global wind energy council – GWEC) предполагает, что объем прироста составит 53,5 ГВт. Прогнозные данные на перспективу до 2019 года приведены на графике.



По данным Европейской ассоциации ветроэнергетики (The European wind energy association – EWEA) к 2030 году ветроэнергетика может обойти уголь и газ и стать крупнейшим источником производства электроэнергии в Европе. Прогнозируется, что прирост ветроэнергетических мощностей в ЕС до 2020 может составить 70 ГВт. В силу того, что здесь не ожидается существенного роста потребления электроэнергии, новая ветрогенерация будет в первую очередь замещать выбывающие атомные (Германия) и угольные мощности.

Несколько лет назад доминирующие мировые позиции в ветроэнергетике занял Китай, который устанавливает более 20 ГВт ветрогенераторов ежегодно. С большой долей вероятности наш юго-восточный партнер возведет более 100 ГВт новых мощностей уже до конца 2019 года и, таким образом, с легкостью выполнит ранее установленное плановое задание (200 ГВт к концу 2020 г). По разным оценкам, установленная мощность китайского ветра по итогам 2020 может составить 250 или даже 280 ГВт, то есть превысить по этому показателю всю российскую энергетику. Следует отметить и успехи Китая в сфере инжиниринга ветряных электростанций. Китайские товарищи развивают не только собственно возобновляемую энергетику, но и соответствующее машиностроение. Это позволяет им экспортировать продукцию и услуги. Так, китайская Envision недавно получила заказ на строительство крупнейшего ветропарка в Мексике на 600 МВт.
Collapse )

Газ не нужен: вероятность отказа Европы от российского газа растет

Моя очередная статья опубликована газетой «Ведомости». Название не моё, я не столь категоричен.

Европа зависима от российского природного газа. Доля нашего сырья в газоснабжении ЕС – около 27%, в газовом импорте – 40% (данные Eurogas). Три крупнейших покупателя – Германия, Италия, Польша – потребляют вместе 60% российского газа, с явной доминирующей долей ФРГ (33%). Природный газ используется в Европе главным образом для производства тепла и электроэнергии.

В ЕС официально установлена долгосрочная (2050 г.) цель по снижению выбросов СО2 на 80–95% по сравнению с уровнем 1990 г. и соответствующие промежуточные ориентиры. Для этого, по данным Европейской комиссии, выбросы в секторе электроэнергетики к 2050 г. должны быть сокращены на 93–99%. Поэтому определено, что доля «низкоуглеродных» способов производства электричества в Европе через 35 лет будет составлять в разных государствах 80–100%.

Один из основных источников загрязнения европейской атмосферы – угольная генерация электроэнергии, доля которой в той же Германии составляет почти 44%. Роль относительно чистого природного газа невелика, поэтому надежды «Газпрома» на развитие европейской газовой генерации имеют под собой основания. Но пока они разбиваются об экономическую реальность. В 2013 г. производство электроэнергии из газа рухнуло в Германии по сравнении с предыдущим годом на 21,6%, а в 2014 г. – еще на 13,8%. Доля газовой генерации сокращается c 2010 г. в Италии, где голубое топливо занимало более видное место в производстве электричества. Рост производства возобновляемой электроэнергии, которая закупается потребителями в приоритетном порядке, делает газовую генерацию нерентабельной. Как сообщает IEA, «европейские газовые и энергетические компании в 2010 г. не могли прогнозировать, что им придется закрыть свои газовые электростанции три года спустя». Введение дополнительного углеродного налога (carbon tax) может стимулировать рост газовой генерации в Европе для замены угольных мощностей, но это будет кратковременным всплеском: с экологической точки зрения природный газ рассматривается как переходное, «транзитное», но никак не чистое топливо. Наконец, carbon tax будет распространяться и на газ, что сделает газовую генерацию дороже и создаст дополнительные стимулы для ускоренного развития возобновляемой энергетики (ВИЭ).

Collapse )

О возобновляемой энергетике в Германии и не только

Обнаружил статью в журнале «Однако», посвященную немецким успехам в области возобновляемой энергетики.

Легковесно-озорной стиль статьи с использованием сленга может повеселить молодую часть аудитории «Однако». Я тоже люблю пошутить, если по делу. Но здесь, увы, легковесности подачи соответствует легковесность содержания. Да, «для солидности» приведены ссылки на источники и иллюстративный материал. Однако, приведенные цифры, графики и цитаты выдернуты бессистемно, в попытке подкрепить убеждение автора в неразумности немцев, «ставящих» на «дорогостоящую» возобновляемую энергетику в ущерб проверенным газу и мирному атому.

Точно просчитать и спрогнозировать, как будет развиваться возобновляемая энергетика, не может никто. Яркий пример прогноза «пальцем в небо» – Международное энергетическое агентство (мощнейший экспертный центр, к слову), которое в 2003 прогнозировало 4-х процентную долю ВИЭ в мировой электроэнергетике к 2030 году (в рамках «агрессивного сценария»). Между тем, этот показатель был достигнут уже в 2011 году – ошиблись на 20 лет. Примечательно, что прогнозы «зеленых фриков» из Гринпис оказались на порядок точнее.

Мировой энергетический рынок – это триллионы долларов. Очевидно, любые попытки изменения status quo на этом рынке встречают серьезное противодействие. Даже в бедных ресурсами странах Европы существует мощное «сырьевое» лобби (занятость, энергетика, импорт, переработка, транспортировка…). Тем не менее изменения происходят быстро, изменения колоссальные, и возобновляемая энергетика «отъедает» кусок энергетического пирога.

Как она будет развиваться дальше? По вышеназванным причинам спрогнозировать сложно. Может быть развалится, может быть задавят, но тренды последних лет позволяют предположить, что доля ВИЭ в энергетическом балансе Европы (и многих стран, находящихся за её пределами) будет быстро расти.

[Читать и смотреть дальше]Дороговизна и субсидирование возобновляемой энергетики

Ложные суждения приводят к ложным умозаключениям.
Возобновляемая энергия была дорогой, поскольку было дорогим оборудование. Сейчас оборудование дешевое, инжиниринг отработан (солнечная электростанция – практически коробочное решение, не сильно сложнее конструктора «сделай сам»).
Вот так падали цены на солнечные модули:
price-of-solar-power-drop-graph

Вот так падали в последние годы инвестиционные затраты («под ключ») на маленькие солнечные электростанции для частников в Германии, а для больших проектов цена сейчас примерно 1 Евро = 1 Ватт:

solaranlagen-preise_pv-2013

А это затраты на производство электроэнергии (с учетом капитальных затрат):
ISE_Stromgestehungskosten_2013_Deutschland_nov13

Уже сейчас солнце и ветер конкурируют с газовой генерацией по этому показателю в условиях весьма посредственной немецкой инсоляции (на уровне московской области), в южной же Германии солнечная генерация уже сейчас дешевле газовой.

Прогноз показывает, что производство энергии из солнца и ветра (onshore) будет дешевле генерации из газа и каменного угля в ближайшем будущем:
Prognose Stromgestehungskosten

Возобновляемая энергетика НЕ субсидируется, в отличие, к слову, от традиционной. Автор в статье дает ссылки на авторитетный Fraunhofer ISE. Но ведь эта организация регулярно, несколько раз в год, публикует «Факты о солнечной энергетике», где в каждом номере черным по белому написано, что солнечная энергетика не субсидируется (см. стр. 20).

Автора поражают размеры субсидий на поддержку ВИЭ, указанные в исследовании Development and Integration of Renewable Energy, на которое в его статье также дана ссылка. Но ведь в этом же исследовании на стр. 3 сказано, что «в Германии и остальной Европе субсидии, как правило, оплачиваются конечными пользователями посредством перераспределения расходов». Граждане Германии платят по высокому тарифу за электричество, и часть этого тарифа направляется на покупку «зеленой энергии» у других граждан (предприятий). Сосед платит за соседа. Использование в тексте английского слова subsidy не означает, что средства выплачиваются из федерального или местных бюджетов. По-русски это субсидией не является.

Я не понимаю, зачем нам переживать за расходы немецких домохозяйств. Немцы могут себе позволить платить, немцы платят, более того, практически «в едином порыве» поддерживают ускоренный переход на возобновляемую энергетику (данные многочисленных социологических опросов имеются)… И всё больше строят себе энергоэффективныедома-электростанции, вырабатывающие больше энергии, чем потребляется внутри, наслаждаясь практически нулевыми ставками по кредитам на строительство.

Да, серьезная структурная перестройка энергетики не может не сопровождаться «перекосами». Когда вводили зеленый тариф, никто не предполагал, что возобновляемая энергетика станет столь доступной и завоюет такую любовь. В результате получателей зеленого тарифа оказалось слишком много, соответственно, суммы, которые нужно им выплачивать превысили прогнозный уровень. Это и является причиной высоких сетевых тарифов на электроэнергию для граждан. Теперь зеленый тариф резко снижен и уже ниже сетевого тарифа. Это в свою очередь создало новый рынок – современных систем хранения энергии, позволяющих в большей степени использовать вырабатываемую зеленую энергию для собственного потребления (чтобы меньше покупать у сети).

Немецкая организация планирования и стимулирования развития возобновляемой энергетики является примером высокоэффективного государственного управления, позволяющего мобилизовать колоссальные ресурсы и создать с нуля высокотехнологичную отрасль с сотнями тысяч занятых, с абсолютной народной поддержкой и без бюджетных вливаний.

О немецкой промышленности

Автор «Однако» озабочен судьбой немецкой промышленности, которая страдает от высоких цен на электроэнергию.
Структура цен на электроэнергию для промышленных потребителей в Германии является очень сложной. Цены складываются из многих составляющих, налогов, надбавок, трансфертов, льгот и т.п., зависят от характеристик потребителя, существуют региональные различия. Данные Евростат, на которые ссылается автор, некорректны, поскольку представляют собой «приблизительную среднюю картину по больнице», об этом много написано в немецких источниках.

Немцы заботятся о конкурентоспособности своей промышленности (увы, гораздо сильнее, чем государство российское о своей). В 2013 году цена электроэнергии для крупных энергоинтенсивных производств составляла в среднем 4,8 евроцента за КВтЧ, то есть примерно 2,4 рубля – меньше, чем в США и меньше, чем, например, в Москве (см. стр. 20). Прогнозируется, что в 2014 году цена составит 4,1 евроцент.

Можно также вспомнить сверхнизкие (порой отрицательные) биржевые цены на электроэнергию (от которых выигрывают крупные потребители, среди которых и крупнейшие промышленные концерны).
При этом, действительно, существует существенная разница между ценами для крупных потребителей и средним и малым бизнесом, который зачастую платит вдвое-втрое больше.
Следует отметить, что относительно высокие цены на электроэнергию являются прекрасным стимулом повышения производительности труда и внедрения энергосберегающих технологий, предложение которых на рынке колоссально (замечательный, кстати, пример роста товарной массы и стимулирования внутреннего спроса). Тем более, этот «кнут» сочетается с широким ассортиментом «пряников» в виде практически бесплатного целевого финансирования.
Уже сейчас мы видим примеры СО2 нейтральных промышленных предприятий, которые на 100% обеспечиваются энергией за счет возобновляемых источников, как например фабрика по производству инверторов SMA.

О мирном атоме.

Да, немцы отказываются с 2022 от атомной энергетики совсем, сейчас постепенно отключают реакторы. Можно считать, что они не правы, ошибаются, но это их дело. Они так хотят. По этому вопросу существует общественный консенсус.

О газовой генерации.

По причине сверхнизких оптовых цен на электроэнергию газовая генерация стала нерентабельной. При этом низкая цена на уголь позволяет поддерживать и развивать более грязную угольную генерацию. То есть случился перекос, не соответствующий целям Energiewende. Все это видят и работают над проблемой. Бывает. Конезаводчики тоже пострадали, когда появился автомобиль. Злорадство здесь непонятно, поскольку речь идет о рисках не для Германии, а для России – мы видим здесь угрозу снижения спроса на газ, соответственно, отечественной сырьевой модели.

Газовая генерация потеряла значение в качестве собственно генерации (может быть временно, а может и навсегда), но пока необходима для стабилизации (выравнивания нагрузки) сети. Такие выравнивающие мощности нужны и существуют в любой энергосистеме (ГАЭС, газотурбинные электростанции), но особое значение они приобретают в условиях значительной доли нестабильных источников генерации (на основе ВИЭ). Преимущество современных газовых электростанций в том, что их можно относительно быстро запустить и быстро же остановить. Поскольку работа электростанций в резервном режиме не оправдана экономически, рассматриваются проекты по их финансовой поддержке (платить им за то, что они есть и выполняют функцию регулирования сети).

Но и здесь возникают вопросы. 15 сентября текущего года в коммерческую эксплуатацию введен первый в Европе «батарейный парк», который выполняет функцию стабилизации сети быстрее и точнее традиционных «регулирующих» электростанций и больше подходит энергосистеме с большой долей ВИЭ. Не исключено, что развитие таких резервных и регулирующих мощностей со временем приведет к отказу от газовой генерации вообще.

О дальнейшем развитии ВИЭ в Германии

К 2050 году 80% потребляемой в Германии электрической энергии должно вырабатываться возобновляемой энергетикой, «паразитарным наростом», как её называет автор «Однако». Для выполнения этой цели разработаны и опубликованы соответствующие планы, «дорожные карты» и пр.
Некоторые считают эту цель чересчур агрессивной, а некоторые, напротив, скромной. Например, уже упомянутый Fraunhofer ISE опубликовал модель, доказывающую технологическую возможность и экономическую оправданность перехода Германии на 100% ВИЭ к 2050 году(а здесь её актуализация). Подчеркну, что речь идет уже не только об электроэнергетике, а о всей энергии (тепло, наземный транспорт…). Исследование опубликовано, имена исследователей указаны, все выкладки даны. Их можно предметно обсуждать, ну или, как поступает автор, просто объявить немцев идиотами.

О Китае.

Автор «Однако» повествует о немецкой «перемоге», но ничего не упоминает про «перемогу» китайскую. А ведь Китай уже превосходит (простите, в 4 раза) Германию по установленным мощностям возобновляемой энергетики (справедливости ради отметим, что три четверти её мощностей сегодня в Китае – это гидроэнергетика). Ещё с 2012 года «ветряки» вырабатывают в Китае больше электроэнергии, чем атомные электростанции. В начале года план 2014 по вводу новой солнечной генерации был повышен с 12 до 14 ГВт…

Китай сейчас покупает и проглатывает всё. Нефть, газ, солнце и ветер. Но разве можем мы исключить, что со временем он станет разборчивее? К концу 2017 года Китай собирается стать обладателем 550 ГВт установленной мощности в возобновляемой энергетике (в том числе более 70 ГВт солнечной и 150 ГВт ветряной генерации), что, как отмечает Nature, может выразиться в сокращении на 45% (по сравнению с нынешним уровнем) импорта, нефти, угля и природного газа. Для сравнения: установленная мощность всех электростанций России составляет сейчас примерно 220-230 ГВт.

Может быть не стоит сразу записывать также и китайцев в слабоумные, а немного поразмышлять, какие риски это несёт для устойчивости российских поставок сырья и российской сырьевой экономики в целом?

Выводы

Сегодня не существует технологических и экономических препятствий для дальнейшего развития возобновляемой энергетики и постепенного отказа от традиционных носителей энергии.

Развитие возобновляемой энергетики может тормозиться по политическим (так сказать, «конкурентным») причинам - в результате усилий других игроков мирового энергетического рынка.

В качестве одного из сценариев развития мирового энергетического рынка можно рассматривать полный отказ от ископаемого топлива с замещением его энергией из возобновляемых источников (солнце, ветер, вода, биогаз). В ряде европейских стран (Дании и Швеции – определенно) это может произойти до 2050 года. По словам одного из экспертов (см. ссылку),«нет сомнения, что солнце и ветер полностью заменят уголь и газ на планете… Вопрос только в том, займет этот переход 30 или 70 лет».

Развитие ВИЭ нынешними темпами может привести к постепенному снижению спроса на ископаемое топливо в течение ближайших тридцати лет. Как это будет происходить, оценить сложно. Могу предположить, что в течение ближайших десяти лет спрос на топливо будет «балансировать» на текущем уровне с последующим нарастающим падением спроса на него.

Ещё раз повторю, что такой сценарий есть, и его вероятность далеко не нулевая. Соответственно, государственная политика должна учитывать такой вариант развития энергетического рынка.

Для России всё это движение связанно с повышенными рисками, обусловленными сильной сырьевой зависимостью российской экономики не только в плане валютных поступлений, но и в плане занятости населения и структуры промышленного производства.

В качестве ответа на данный риск вовсе не обязательно «задрав штаны бежать за комсомолом», ускоренно развивая возобновляемую энергетику (хотя может быть стоит вспомнить, что в начале 80-х СССР уверенно входил в число мировых лидеров только зарождавшейся тогда возобновляемой энергетики). Нужна активная промышленная политика, повышающая степень диверсификации экономики, создающая рабочие места в несырьевых отраслях.

Разумеется, такая промышленная политика необходима не только в связи с указанными рисками снижения спроса на ископаемое топливо, об этом и так постоянно говорят «большевики». Просто данные риски должны служить дополнительным пинком, побуждающим наше неповоротливое государство делать должное.

В этой связи назначение рассматриваемой статьи в «Однако» совершенно непонятно. Немцы вряд ли её прочитают и устыдятся, да и качество «аналитики» вряд ли поможет им излечиться, а вот неподготовленный отечественный читатель составит себе неверное мнение, которое теоретически может вылиться в ошибочные управленческие решения. Недооценка противника (я имею в виду не немцев, а возобновляемую энергетику))) и шапкозакидательство – плохие помощники.



Сужденья черпают из забытых газет…

В.В. Путин на экономическом форуме в Петербурге: «Сегодня эффективность альтернативных видов энергии такова, что абсолютно не является конкурентоспособной по сравнению с ядерной энергетикой и с углеводородной. Она, прямо надо сказать, неконкурентоспособна. Она живет только потому, что ее субсидируют…»

ЭТО - отсутствие понимания современных процессов, угрожающее стратегическими ошибками. Советникам и спичрайтерам – выговор.

То, что сказал В.В.Путин, не является правдой. Он выразил распространенное заблуждение отечественного обывателя, не знакомого с динамикой процессов в области возобновляемой энергетики в мире.

А правда такова, что возобновляемая энергетика уже конкурентоспособна по сравнению с ядерной и углеводородной. На этот счет существует масса исследований, статистических данных и экономических моделей. Хорошо известно, что EROI (energy return on investment) солнечных (фотогальванических) систем в глобальном масштабе уже превосходит EROI нефти и ядерной энергетики. В большинстве стран уже достигнут сетевой паритет (grid parity) по электричеству для домашних хозяйств (солнечная энергия дешевле, чем сетевая).

Фотогальванические солнечные системы стали доступными для любого европейского потребителя – цены на них упали в 12(!) раз за последние 10 лет. Это коренным образом меняет подходы к энергоснабжению зданий.

Возобновляемая энергетика НЕ субсидируется в строгом смысле слова, бюджетные средства не задействуются. Потребитель оплачивает повышенный тариф, включающий в себя сбор на преобразование энергосистемы (переход ее на «возобновляемые рельсы»). Государства Евросоюза используются набор гибких инструментов для стимулирования перехода на возобновляемые источники.

В.В.Путин, увы, недооценивает «противника» нашего углеводородного могущества.